САДОВАЯ. Пустынная степь, особенно унылая на фоне яркого моря. Ни дерева, ни кустика. Даже золотистые цветочки дрока, укрепившегося на каменной осыпи, посерели под лучами беспощадного солнца. Засохли пыльный татарник, лебеда и полынь. Только у постоялого двора, что невдалеке от крепости, сиротливо сгорбились три старые, искривленные груши. Таким предстал Хаджибей перед русскими солдатами и черноморскими казаками после штурма крепости в сентябре 1789 года.

...Сухие, пыльные ветры беспрепятственно гуляли по молодому городу. Безводье, отсутствие посадочного материала и опыта разведения садов в условиях степи затрудняли озеленение Одессы.

В первые годы ее существования на улице Гимназской (ныне Дерибасовская) был разбит первый крупный сад. Рядом с ним, в Колодезном переулке, находилась вода. Это значительно облегчало уход за деревьями.

Семена и саженцы выписали из Испании и Италии. Особенно хорошо привились белая акация, гледичия, каштаны, платаны, тополя. И поныне здесь сохранился огромный ветвистый тополь. Не случайно он обнесен каменной оградой. Народная молва связала этого патриарха сада с пребыванием А. С. Пушкина в Одессе и окрестила «пушкинским тополем».

Первый сад имел два названия: Городской или Казенный. Он был местом прогулок избранной публики к «детей с нянями и кормилицами». Почти одновременно с садом родилась новая улица. Начинаясь от базара, она протянулась к Гимназской по Садовому ряду и получила название Садовой.

Однако как одна ласточка не делает весны, так и один сад не делает города зеленым. Недаром же А. С. Пушкин писал о тогдашней Одессе:

...степь нагая здесь кругом,

Кой-где недавний труд заставил Младые ветви в знойный день Давать насильственную тень.

«Кой-где...» Очевидно, поэт имел в виду огражденные вычурными решетками сады дюка де Ришелье, графа Разумовского у Водяной балки, знаменитую Дерибасовку в селе Средний Фонтан, дачу Ланжерон.

Все они находились за городом и были недоступны населению. Так, например, известно, что первый градоправитель Одессы Дерибас для охраны своего сада ежедневно наряжал караул из «пересыпских казаков». А вот что писал об остальных садах И. Долгоруков, автор книги «Славны бубны за горами»: «Все превосходно там, ноне всякий может входить, когда хочет,— потребно дозволение, приглашение, снисхождение и пр. и пр.»

Одесская дума и градоначальство поразительно безразлично относились не только к созданию новых, но и к сохранению уже существовавших зеленых массивов, в том числе и Городского сада.

Изданный в 1892 году путеводитель по Одессе предупреждал о том, что Городской сад «не заключает в себе никаких прелестей, вы ничего не потеряете, если не зайдете в него».

А менее чем через 10 лет одесская печать писала о саде:

...Он представлял собой Сахару.

Тенистых там деревьев пару...

Даже возник вопрос — что делать с захиревшим садом.Некий доктор Абель — содержатель лечебно-лиманного заведения на Куяльнике — предлагал построить на месте сада водолечебницу, предприниматель Артемьев — кафешантан, артист Маслов — театр.

В 1826 году на западной окраине города был разбит так называемый Внешний бульвар. Его характеризовали как «самое обширное из собственно городских насаждений и притом единственное доступное многочисленному населению городских окраин и предместий». А в 1894 году авторы книги, изданной городским общественным управлением к столетию Одессы, писали: «Внешний бульвар заслуживал большего внимания, чем то, какое выпало на его долю. В настоящее время от него осталось только имя — Старопортофранковская улица, иначе называющаяся Внешним бульваром, да несколько рядов деревьев».

Прекрасен был Дюковский сад с его рощами из акаций, ясеня, орешника, с фруктовыми деревьями.

Но уже в 1856 году он был сдан в аренду за 50 рублей (!) в год «для ломки камня, с правом пасти в саду необходимый для каменоломен рабочий скот и пользоваться свободными помещениями». В период интервенции и гражданской войны сад был полностью уничтожен. В советское время на его месте вырос парк «Победа».

Печальная участь постигла и так называемую Левшинскую плантацию на Пересыпи. О судьбе этого огромного — площадью 250 десятин — лесопарка с горечью писали современники: «От этой рощи, которая одна была вдвое обширнее всех существующих городских насаждений, вместе взятых, остались лишь ничтожные следы».

Так, в основном, обстояло дело с озеленением Одессы до революции.

В годы предвоенных пятилеток зеленая площадь города выросла по сравнению с дореволюционной в 3,5 раза.

Особенно разительные перемены произошли в послевоенной Одессе. Площадь насаждений в черте города к началу 1971 года превысила 6500 гектаров.Широким кольцом окружили Одессу молодые лесопарки: Дальницкий, Чабанский, Крыжановский и другие — общей площадью свыше 8000 гектаров.

Утопают в зелени въезды в город со стороны Киевской, Тираспольской, Овидиопольской, Николаевской дорог.

Покрылись растительностью еще недавно голые склоны побережья от Крыжановки на севере до Черноморки на юге. На территории аэропорта вырос новый лесной массив площадью около 100 гектаров. На этом массиве научные сотрудники Одесского института селекции и генетики высадили 40 видов тополя, собранных с разных континентов.

Жемчужиной зеленой Одессы становится дендропарк имени Ленина, раскинувшийся на 50 гектарах в курортной зоне Аркадии. Это образцовый парк ландшафтной планировки. Пейзажные дорожки, оригинальный участок скального сада, декоративные водоемы, богатая разновидность дендрофлоры — все здесь отражает разнообразие и красоту украинской природы.

Присмотритесь к растительности города. Вы увидите платаны, серебристые липы, каштаны, гималайский кедр, ель, северную березу, можжевельник, дуб и, конечно, белую акацию. И все это не завозные, а свои, выращенные в питомниках города деревья. Многие из них высажены руками заботливых одесситов на субботниках и воскресниках. Ежегодно в них участвует не менее 100 тысяч человек.

Ныне на одного жителя Одессы приходится около 15 квадратных метров внутригородских насаждений. А кольцо лесопарков внешней зоны составляет 17 000 гектаров. Часть из них вошла в зеленый пояс Славы, созданный там, где в 1941 году проходил Главный рубеж обороны Одессы. Он протянулся полукольцом длиной в 60 километров от Сухого лимана на юге до Григорьевки на севере.

Не за горами то время, когда город-герой станет городом-садом.
Уместно заметить, что в Нью-Йорке, Токио и многих других городах капиталистического мира на человека приходится в среднем 1 — 1,5 квадратных метра зеленых насаждений. Такая скудность зелени приводит к кислородному голоданию населения.

Мы не случайно рассказ о зеленой Одессе повели от Садовой улицы: это первое название, отразившее озеленение города.

Что же представляет собой сама улица?

Сегодня это красивая, состоящая всего из двух кварталов магистраль. Она берет начало от Нового базара и, плавно изгибаясь, вливается в шумную Дерибасовскую улицу.

На Садовой много оригинальных зданий.

Особенно выделяется главный почтамт, разрушенный фашистами и восстановленный после войны,— с просторным (высотой в 21 метр) операционным залом под стеклянным куполом (архитектор Харламов).

Ничем особым с архитектурной точки зрения не выделяется дом № 5а. Но мемориальная доска на его фасаде напоминает о событии, вошедшем в историю революционного движения России. Здесь в 1875 году помещалась типография «Южнороссийского союза рабочих». Здесь же жил и организатор «Союза» Е. О. Заславский.

Скромно выглядит и дом № 1 по улице Садовой: «двухэтажное желтое здание, старинное, с небольшими окнами в толстых стенах, построенное, может быть, при Павле». Так описал это здание Ю. Олеша.

Здесь находилась гимназия, которую писатель окончил с золотой медалью...

ДОБРОЛЮБОВА ...Многомесячное лечение на лучших европейских курортах не помогло. Болезнь продолжала прогрессировать. Возвращаясь пароходом из Греции, он прибыл в начале июля 1861 года в Одессу, намереваясь сразу продолжить путь в Петербург. Неожиданно хлынула горлом кровь.
http://uploads.ru/t/j/a/x/jaxCq.png
В Городском саду.
- И думать не позволю о поездке в Питер. Отдохните, дорогой, полежите недельки три, не менее,— сказал врач, осмотрев Николая Александррвича Добролюбова.— Да и нечего вам спешить в туманную и дождливую Северную Пальмиру. Побудьте немного в нашей, Южной, под ее благодатным солнцем.

Добролюбов остался в Одессе. Однако Южная Пальмира в те годы славилась не только своим солнцем и морем, а и... пылью. В разговорах с одесскими знакомыми Добролюбов как-то возмутился:

— Неужели нельзя вымостить прочным образом такой город?

— Скоро наши мостовые «оденутся в гранит», — отвечали собеседники.

Лукаво улыбаясь, Добролюбов процитировал:

Но уж дробит каменья молот,

И скоро звонкой мостовой Покроется спасенный город,

Как будто кованой броней...

— Позволительно спросить, — продолжал он,— сколько лет тому назад писал Александр Сергеевич эти строки? — И сам ответил:— Прошло 35 лет, а звонких мостовых в Одессе что-то не видать...

Недолго пробыл Добролюбов в нашем городе. Несмотря на запрет врача, он отправился в длинный и утомительный путь домой, в Петербург. Там его ждали единомышленники и друзья — Чернышевский, Некрасов, ждал родной «Современник»-- боевой рупор революционных демократов, которому он отдавал все свои силы.

Через несколько месяцев Добролюбов умер. Ему было только 25 лет.

Советская Одесса в названии одной из улиц запечатлела имя этого выдающегося революционного демократа, мыслителя, талантливого литературного критика и поэта.

Пушкин, Белинский, Добролюбов. Кого только не поражало резкое несоответствие между «вечно ясными небесами», синим морем, красивыми дворцами и неблагоустроенными мостовыми Одессы!

Об этом мы позволим себе рассказать несколько подробнее...

Сохранилась старинная литография «На Преображенской площади». Налетела пыльная буря, превратив день в ночь. Едва заметны фигуры людей, пытающихся спастись от «самума». Словно перекати-поле в степи, носятся по земле сорванные ветром головные уборы.

Такие пыльные бури были здесь нередким явлением.

«...Каждый божий день,— писал Н. А. Добролюбов,— вы чувствуете на себе оседание тонкого каменного слоя: тяжелая пыль, поднятая ветром, не может держаться в воздухе и падает дождем, частым и ровным... Я полагал, что уже хуже пыли ничего не может быть, но мои приятели уверяли меня, что грязь еще хуже. Она имеет там какое-то липкое и всасывающее свойство, так что улицы превращаются в топи».

Действительно, грязь была еще большим бедствием. Даже в центре, на Дерибасовской улице, порой так глубоко застревали в грязи дрожки, что вытащить их могли только золы.

Вспомните пушкинские строки:

..и в дрожках вол, рога склоня, сменяет хилого коня.

Читая строки А. С. Пушкина о «ходулях», при помощи которых «пешеход по улице дерзает вброд», многие думают, что речь шла о шестах с набитыми приступками. Но это не так. В Одессе продавались специальные высокие, деревянные башмаки, именовавшиеся «ходулями», — своеобразные «грязеходы». Но и они мало помогали. Невылазная грязь породила специальных носильщиков. Они выжидали на углах центральных улиц клиентов и переносили.их на руках. При этом носильщики нередко погружались в грязь по пояс. За свой труд они получали 5 — 10 копеек, в зависимости от глубины лужи.

В старой Одессе от грязи и пыли больше всего страдали неимущие слои населения. Даже реакционный «Одесский листок» писал:

Крез на даче ароматной Забывает пыль и гнет.

А бедняк весь день, понятно,

Пыль глотает, пыль клянет...

Попытка замостить центральные улицы была предпринята в 1823 году. Но местный ракушечник, использованный для этой цели, оказался непригодным. Он крошился и превращался в пыль.

Любопытно, что первыми дорожниками Одессы были арестанты, отбывавшие наказание за «бродяжничество», отсутствие паспортов и другие провинности.

Благоустройству Одессы долгое время мешало отсутствие камня. Доставка его на судах, приходивших за зерном из Триеста, Генуи, Ливорно, Неаполя и других портов, не могла обеспечить потребности города: этого камня едва хватало для замощения приморских спусков и устройства тротуаров.

Была даже предпринята попытка обязать подводчиков доставлять на каждой прибывающей в Одессу подводе «по пуду камня, годного для мощения».

Пробовали мостить улицы торцами — деревянными шашками. Но такие мостовые от сырости пучились. Не оправдало себя таюке применение щебня из камня-дикаря. Вымощенные им проезды приходилось часто ремонтировать.

Только в середине 60-х годов, когда в Одессу начали доставлять прибужский гранит, здесь появились первые прочные и удобные мостовые. До сих пор на улицах Пушкинской, Дерибасовской и некоторых других сохранилась в первоначальном виде эта настилка из гранитных кубиков.Слава об одесских мостовых и искусных рабочих-дорожниках разнеслась за пределы России. Вспомните американский кинофильм «В старом Чикаго». Мэр города решает послать в Одессу своих дорожников, чтобы они поучились мастерству мощения.

В основном были благоустроены только центральные улицы. Всего к 1917 году в Одессе замостили 2 миллиона квадратных метров — 15 процентов улиц.

Сегодня площадь заасфальтированных одесских улиц превышает 10 миллионов квадратных метров.

Особенно разительные перемены произошли на окраинах. Здесь замощены сотни улиц. В новом пятилетии покроются асфальтом все улицы и площади одесских Черемушек, Ильичевска. Наряду с этим будут широко применять сборные цементно-бетонные покрытия проезжих частей.

В первые годы восьмой пятилетки завершилось строительство окружной дороги, соединяющей все въезды в Одессу. А по генеральному плану будет создана так называемая «скоростная дорога». Она пересечет город по маршруту Черноморка — Черемушки — поселок Котовского. Строительство этой дороги уже началось. В 9-й пятилетке закончится реконструкция проезжей части улицы Фрунзе — важнейшего участка «скоростной дороги». Бесперебойное движение на этой магистрали обеспечат путепроводы и пешеходные подземные переходы.

СУВОРОВА. Трудно представить себе Одессу без этой улицы — одной из главных артерий города. Бесконечным потоком несутся по ней автомобили со знаками разных краев и областей страны, мчат троллейбусы, автобусы, такси. Едут моряки, докеры, судоремонтники, рабочие предприятий Пересыпи.

Суворова — одна из главных и вместе с тем самая крайняя со стороны моря улица центральной части города. Когда-то на ее месте плескались волны. Здесь с раннего утра, примостившись на обломках скал, занимались своим промыслом рыболовы.
http://uploads.ru/t/L/e/c/LechC.png
Проспект В.И.Ленина.
http://uploads.ru/t/u/Q/A/uQAHV.png
Памятник В.И.Ленину.
http://uploads.ru/t/f/m/p/fmpKw.png
Памятник ,,Восставшие на броненосце ,,Потёмкин,,
http://uploads.ru/t/U/O/Y/UOYKw.png
В горсаду.
http://uploads.ru/t/e/Z/s/eZsyA.png
Дерибасовская.
http://uploads.ru/t/t/v/W/tvWHJ.png
У главного входа в ЦПКиО имени Т. Г. Шевченко
http://uploads.ru/t/x/y/F/xyFut.png
Улица Ласточкина.
http://uploads.ru/t/G/g/N/GgN7O.png
Уголок Приморского бульвара.
http://uploads.ru/t/p/m/W/pmWSK.png
На улице Энгельса.
http://uploads.ru/t/Q/u/N/QuNol.png
Улица Пушкинская.
Здесь же купались, отчего и возникло официальное название этого места - Купальный берег.

Что же заставило строить улицу на воде? Разве для этого не хватало суши? Да, не хватало... Но не городу, а порту. «...Нынешней Приморской улицы в 30-х годах не было. Море подходило к самому обрыву и в бурную погоду било о крутые берега... Гавань была небольшая... Порт в Одессе долго не был устроен, и поэтому нагрузка и выгрузка сопряжены были с большими неудобствами. Подводы с хлебом подъезжали гуськом, иногда сваливались от тесноты и море; хлеб с подвод перегружался в подвозные лодки (по 200 — 300 четвертей каждая) и уже на этих лодках перевозился к судну, стоявшему у Карантинной гавани; с лодок корзинами хлеб подавался к пароходу. Погрузка судна при таких условиях шла очень медленно. Привозившиеся в иностранных пароходах в бочонках масло и вино выгружались упрощенным порядком, т. е. попросту бочонки сбрасывались в море, обвязывались канатом и буксировались к берегу... Такое состояние порта оставалось неизменным еще в течение многих лет».

Так описывал место, где впоследствии пролегла улица, профессор А. С. Бориневич.

Для расширения порта надо было соорудить огромную портовую насыпь». И вот началось наступление на море.

Тысячи землекопов изо дня в день тянулись со своими грабарками к морю. Миллионы кубометров грунта и камня, добытого тяжелым ручным трудом, было переброшено сюда. Так волей человека была создана новая улица-составная часть «портовой насыпи». Долгое время она называлась Приморской.

До революции улица, отвоеванная у моря, и прилегающие к ней спуски являлись районом знаменитых одесских припортовых трущоб. Это о них в рассказе «Гамбринус» писал А. И. Куприн:«...Город соединялся с портом узкими, крутыми, коленчатыми улицами... На каждом шагу здесь попадались ночлежные дома с грязными, забранными решеткой окнами, с мрачным светом единой лампы внутри... Эти крутые, узкие улицы, черные от угольной пыли, к ночи всегда становились липкими и зловонными, точно они потели в кошмарном сне. И они походили на сточные канавы или на грязные кишки, по которым большой международный город извергал в море все свои отбросы...»

Эти строки Куприн писал об Одессе конца XIX века. Слово «отбросы» следует понимать в прямом смысле. Ведь по припортовым спускам вся вода из города стекала на Приморскую улицу и оттуда к морю. Часто в канавы с дождевой водой выливали нечистоты.

Когда началось замощение одесских улиц, в центре города вместо открытых дождевых канав устроили прдзем-ные каменные ходы. Это была первая в России система, сплавной канализации. Но по ней отводили в море не только дождевые воды, а и нечистоты. В результате за короткое время гавань засорилась. Поэтому в конце XIX века сплавные воды отвели за город на поля орошения.

Вернемся к приморским трущобам. Невдалеке от Воронцовского дворца, экзотического «сераля» шаха персидского и красивых особняков на склонах, прилегающих к Приморской улице, ютились жалкие хибарки и покосившиеся домишки, в которых жили портовики.

...В начале XX века Приморская улица стала ареной классовых боев. В памятные июльские дни 1903 года, когда «могучим ураганом» по югу России пронеслась всеобщая забастовка, улицу заполнили тысячи рабочих. Они рвались в порт к товарищам с призывом примкнуть к стачке.

Поздним вечером 14 июня 1905 года на железнодорожной насыпи, идущей вдоль Приморской улицы, тысячи рабочих, остановив проходившие поезда, организовали митинг. Трибуной для ораторов-большевиков, призывавших к борьбе с самодержавием, служили ступеньки вагонов.По этой улице 15 июня 1905 года пролетарии устремились к Новому молу, чтобы приветствовать революционных матросов легендарного «Потемкина». А в ночь с 15 на 16 июня мостовая Приморской улицы обагрилась кровью рабочих, жешцин, детей, павших под пулями царских стражников.

В годы гражданской войны и интервенции эта улица не раз видела паническое бегство «своих» и чужеземных защитников старого строя, спасавшихся от народного возмездия.

Здесь, на углу Военного спуска (ныне спуск имени Жанны Лябурб), интервенты создали арестное помещение, где содержали французских солдат и матросов. Одесские подпольщики передавали арестованным вместе с хлебом агитационные листовки. Здесь же, в снесенном впоследствии здании чайной-трактира в начале ноября 1918 года была проведена III партконференция Пересыпского района.

В 1969 году трудящиеся Одессы торжественно отмечали 175-летие своего города. В эти дни улица Приморская получила имя основателя города Александра Васильевича Суворова.

Улица Суворова сегодня — это современная красивая -магистраль большого портового города, южных морских порот нашей страны. Широкой линией опоясывает она утопающие в зелени северо-восточные склоны одесского плате. Над ней возвышается знаменитый полуциркульный кортик, простираются парки — Матросский и Пионерский,хорошо обозреваются живописный Приморский и самый молодой бульвар города — Комсомольский. Вдоль обращенной к городу части улицы вперемежку с домами тянутся мощные подпорные стены. А по другую сторону, совсем недалеко от улицы, портовые сооружения.

По этой шумной магистрали проходят тысячи людей. Это гости Одессы, любители больших и малых путешествий. У причалов порта их ожидают огромные лайнеры, теплоходы на подводных крыльях и катера.На улице Суворова сосредоточены различные службы пароходства. Начинается она недавно вступившей во второе столетие ордена «Знак Почета» мореходной школой. А в конце улицы протянулись корпуса крупнейшего в Министерстве морского флота СССР судоремонтного завода имени 50-летия Советской Украины. По культуре производства, масштабам внедрения новейших достижений науки и техники этот завод занимает одно из первых мест в городе. «Качественно и досрочно!» — таков девиз коллектива завода. Тысячи судоремонтников успешно борются за сдачу судов с оценкой ремонта на «отлично» и «хорошо». Что же касается досрочного выпуска судов из ремонта, то на счету завода сотни и сотни сэкономленных суток. А как известно, за каждые сутки современное судно проходит свыше 400 миль.

Особенно украсил улицу Суворова новый морской вокзал — подарок городу-герою в честь 50-летия Октября. Присмотритесь к вокзалу внимательно. Не правда ли, здание своими контурами напоминает гигантский лайнер со множеством надстроек, палуб и переходов?

От улицы Суворова до Привокзальной площади построены путепроводы для пропуска автотранспорта над территорией порта.

С именем А. В. Суворова связан еще один уголок Одессы. Речь идет об остатках суворовской крепости. Она существовала всего 18 лет, а затем была присоединена к карантину. Небольшой холм в центре парка имени Т. Г. Шевченко — все, что осталось от крепости сегодня.

БЕЛИНСКОГО. «...Тарантас, стоящий во дворе Михаила Семеновича (великий русский актер М. С. Щепкин,— Авт.) видится мне и днем, и ночыо... Святители! Сделать верст тысячи четыре на юг, дорогою спать, есть, пить, глазеть по сторонам, ни о чем не. заботиться, не писать, даже не читать...—да это для меня лучше магометова рая», — так восторженно писал Виссарион Григорьевич Белинский в марте 1846 года своему близкому другу А, И. Герцену о предстоящей поездке на юг. И добавлял: «...еду не только для посстановления здоровья, а может быть, и д/л спасения ЖИЗНИ».

И это действительно было так. Многочисленные друзья неистового Виссариона», видя, как он буквально тает на глазах от тяжелого недуга — туберкулеза легких, одобрили это решение.

Зная о денежных затруднениях Белинского, А. И. Герцен снабдил его необходимыми средствами.

Совместное путешествие со Щепкиным началось 16 мая. Эго была гастрольная поездка великого актера по городам Украины и Крыма. С большой теплотой отзывается Белинский в своих письмах об Украине, которую увидел впер-nue, («Избы похожи на домики фермеров, чистота и красивость неописанные. И это мужики!.. Дети очень милы»),

12 июня запыленный тарантас через Херсонскую застану поднялся в город и, проехав по его улицам, остановился козле гостиницы «Санкт-Петербургская» на Приморском бульваре.

Белинский живо интересовался Одессой, внимательно следил за литературной жизнью города.

Дважды — в 1839 и 1840 годах — он рецензировал в «Отечественных записках» «Одесский альманах». «Пребывание Л С. Пушкина в Одессе обязывает к повышенному требовательному отношению к литературным материалам, которые печатаются в этом городе, и прежде всего — к произведениям поэтическим»,— утверждал Виссарион Григорьевич.

Он высоко ценил одесскую писательницу Евгению Ган, о которой писал: «Русская литература по праву может гордиться ее именем и ее произведениями». А когда в 1847 году в Одессе вышли «Путевые заметки» писательницы Анастасии Марченко, Белинский назвал это произведение «самым замечательным явлением в русской литературе 1847 года».«Оригинальный город...— читаем в первом письме Белинского к жене,— Наш трактир (т. е. гостиница.— Авт.) на берегу моря, берег высокий, вдоль его идет бульвар, вниз к морю идет каменное крыльцо с большими уступами, в 200 ступеней. По этой лестнице ходят купаться в море. На море корабли, суда. Вид единственный».

В Одессе Белинский прожил немного, всего 22 дня, но и за этот короткий период горячо полюбил ее. Во втором письме на имя А. И. Герцена Виссарион Григорьевич утверждал, что Одесса лучше всех губернских городов, «это,— писал он,— решительно третья столица России, очаровательный город».

Белинский часто любовался морем, описывал в своих письмах из Одессы его красоту, благотворное действие морской воды на организм, волны, «которые то подхватывают тебя, возносят на гору, то сбрасывают вниз, окатив с головой». Высокопоэтичен содержащийся в одном из писем рассказ о прогулках по Приморскому бульвару лунными ночами. Ему очень понравился Пале-Рояль (ныне сквер Чарльза Дарвина,— Авт.) с его внутренним садиком и галереей для отдыха, с магазинами и кофейнями, А вечера он проводил в театре, наслаждаясь мастерской игрой Щепкина.

Дружба этих великих людей была очень трогательной. По выражению самого Белинского, Щепкин в Одессе ухаживал за ним, «словно дядька за недорослем».

...Вот о чем рассказывают письма Белинского из Одессы А. И. Герцену и жене.

Еще до революции по настоянию демократической общественности примыкающую к городу часть Малофонтанской дороги назвали именем Белинского. По случайному (но знаменательному) совпадению ныне здесь расположено одно из крупнейших на Украине лечебных заведений, где ведут успешную борьбу с туберкулезом, унесшим жизнь 37-летнего Белинского. Эта улица соединяет два бульвара — имени Дзержинского и Пролетарский. Оба они ведут к морю. Первый — к Комсомольскому пляжу, а второй — и Аркадию.

Улица очень оживлена, с раннего утра до позднего вечера по ней направляются к Лермонтовскому санаторию сотни и сотни людей, лечащихся по курсовкам. Санаторий — один из крупнейших в стране — располагает многочисленными клиниками и подсобными лечебными учреждениями. Кжегодно здесь укрепляют здоровье свыше двадцати тысяч вольных. Рядом с санаторием — созданный в начале первой пятилетки Украинский институт курортологии и физиотерапии, научный штаб курортов республики, давший «путёвку в жизнь» многим здравницам Советской Украины.

По генеральному плану реконструкции Одессы улица Белинского вошла в новый городской центр. Здесь в ближайшие годы будет снесено все ветхое и малоценное, вырастут многоэтажные и высотные дома. Особенно украсит улицу здание Театра музыкальной комедии на 1300 мест (автор проекта архитектор Г. Топуз).

Рядом с театром пересечет улицу на своем пути к морю новый, шириной в 80 метров, бульвар.

ГОГОЛЯ. 16 апреля 1848 грда пароход-фрегат «Херсонес» бросил якорь в порту. Пассажиры сошли на безлюдный причал и направились в мрачное здание карантина. Там им предстояло провести две недели. На следующий день в газете «Одесский вестник» появилось сенсационное сообщение: возвращаясь из Италии на родину, в Одессу прибыл Николай Васильевич Гоголь.

Тщетно многочисленные поклонники великого писателя пытались встретиться с ним. Двери карантина для посторонних были наглухо закрыты. Лишь редактору «Одесского вестника» А. Г. Тройницкому и Л. С. Пушкину, брату гениального поэта, сделали уступку.

Встреча произошла за двумя рядами решеток.

Только 30 апреля Гоголь по-настоящему ступил на одесскую землю. Его с нетерпением ждали на улице Надеждинской в доме № 15. Здесь Николая Васильевича любезно встретила его приятельница графиня Толстая.
http://uploads.ru/t/X/7/4/X74nO.png

На этой улице жил Н. В. Гоголь
6 мая писатель покинул Одессу, заверив знакомых, что вскоре приедет сюда надолго.

Это обещание он выполнил через два с прловиной года, когда пошатнувшееся здоровье заставило его бежать от суровой петербургской зимы на юг. 24 октября 1850 года Гоголь прибыл в Одессу и остановился в доме своего родственника отставного генерала А. А. Трощинского (ул. Надеждинская, № 11).

В Одессе Гоголь напряженно работал над вторым томом поэмы «Мертвые души», а по вечерам отдыхал, встречался с друзьями, актерами театра. Часто бывал он в доме княжны В. Н. Репниной — большого друга Т. Г. Шевченко. Однажды княжна прочитала ему письмо поэта из ссылки, в котором тот глубоко сожалел, что до сих пор не знаком с Гоголем. В письме были слова: «самый возвышенный поэт должен благоговеть перед ним, как перед человеколюбцем».

Гоголь был очень тронут.

Вот каким запомнили одесситы писателя во время его пребывания в нашем городе: худощавый, слегка сутулящийся, острый нос, небольшие проницательные глаза, длинные каштановые волосы. На нем коричневая шинель с бархатным воротником, пестрый шарф, сколотый на шее большой булавкой, цилиндр с конусообразной тульей.

Часто бывал Гоголь у директора Ришельевского лицея брата А. С. Пушкина Льва Сергеевича Пушкина, жившего па Греческой улице, 45 (ныне улица Карла Либкнехта).

Его влекла туда страстная любовь к безвременно погибшему великому поэту, желание побольше узнать о нем.

Неоднократно посещал писатель Ришельевский лицей.Большой любитель украинских песен, Гоголь создал хор из лицеистов.

Но особенно сдружился он с актерами. Театру Гоголь придавал большое значение. «Это такая кафедра,— писал он,- с которой читается разом живой толпе живой урок».

Великий писатель и драматург был сам замечательным актером, прекрасным чтецом. В честь приезда Гоголя и одесском театре были поставлены «Ревизор» и «Лакейская». Писатель присутствовал на репетициях, помогал режиссеру и актерам советами, показывал, как нужно играть отдельные сцены.

С наступлением весны, 27 марта 1851 года, Гоголь покинул Одессу.

Потомки назвали его именем Надеждинскую улицу.

Особенно красив расположенный в начале этой улицы па краю крутого обрыва бывший «шахский дворец» (ныне Дом народного творчества). Когда суда подходят к Одессе, пассажиры любуются этим старинным зданием, несколько напоминающим знаменитое Ласточкино гнездо вблизи Ялты. За высокими деревьями рельефно выделяются зубчатые верхушки башен, узкие, как бойницы, окна.
http://uploads.ru/t/D/B/i/DBiuC.png

Дом народного творчества
Здание сооружено в начале второй половины XIX века архитектором Ф. Гонсиоровским по заказу польского магната Бржозовского. Через 50 лет владелец уступил свой дворец городу. В 1909 году свергнутый революцией с трона иранский шах Мохамед Али бежал в царскую Россию й поселился в Одессе, взяв в аренду дворец.

В памятные дни Январского восстания (1918 г.) в этом дворце укрепилась большая группа офицеров-монархистов, союзников Центральной рады. Три дня продержалось это осиное гнездо в тылу одесской Красной гвардии. 17 января отряды рабочих смелым штурмом взяли дворец.

Есть еще немало памятных мест на этой небольшой улице. В доме № 15, где была женская гимназия Березиной, родился и вырос большевик Арсений Коптюх, руководивший в 1912 году восстанием на крейсере «Память Азова», прозванном балтийским «Потемкиным». Царские палачи расстреляли Коптюха.В доме № 9 жил выдающийся советский ученый В. П. Филатов; в доме № 14 б 1919 году поселился герой гражданс кой войны А. Г. Железняков.

В доме № 5 в начале двадцатых годов находился клуб водников. Здесь 7 марта 1922 года на профсоюзной конференции выступил М. И, Калинин. В первой половине двадцатых годов в этом же клубе неоднократно проводились поэтические вечера Э. Багрицкого.

На улице Гоголя расположен один из учебных корпусов Одесского института народного хозяйства. Рядом с ним — Дом техники научно-технических обществ и лаборатория одесского Совета новаторов.Продолжение Продолжение часть 5.
https://odessaforum.in.ua/